Срок годности бессмертия. Эпизод 2 «Призрак в кофеварке» 2/2
by @spaceman · · 0 - 3 -
Игнат сжал зубы.
— Мы ведь возвращались из Столицы на «Кроте». Под обстрелом гвардейского крейсера.
— Но прошло уже несколько недель!
— И что? След телеметрии, регистрационный профиль двигателей, показания военных локаторов. Кому надо, тот восстановит маршрут до последнего прыжка.
— Именно, — подтвердил Федя. — Кроме того, ваша станция зарегистрирована в торговом реестре Свободных Миров. А вы зачем-то оформили покупку на фамилию Кротов.
— Меня Император официально признал покойником!
— У покойников, капитан, обычно не бывает свежекупленных ремонтных станций.
Игнат выругался.
Федя продолжил:
— Вероятно, чистильщики прибыли не для официального ареста. Им нужен «Крот», его полётные журналы и любые доказательства вашего участия в дворцовом перевороте. А потом они уничтожат свидетелей.
— Откуда такая уверенность?
— Они только что активировали локальный подавитель нейрополя.
На экране вокруг трёх кораблей возникла бледная сфера.
Кси-Лао тихо свистнул.
Такие подавители перекрывали связь нейросинхронизаторов «Атаны» с ближайшими ретрансляторами. Внутри сферы застрахованный человек, погибший до следующего резервного копирования, воскресал без последних воспоминаний.
Для чистильщиков это был удобный способ стирать нежелательные показания.
Для Игната, жившего без страховки уже двенадцать лет, разница была чисто академической.
— Сколько до станции?
— Три минуты сорок секунд.
— Кси, игольник. В главный ангар, живо!
Псилонец уже бежал к шлюзу, судорожно натягивая на ходу третий шарф.
— А с этим что делать?!
Игнат задержался у приборной панели.
— Слушай сюда, Федя. Ты можешь управлять станцией?
— Частично. «Крот» соединён с ней сервисным кабелем. Через него доступна техническая сеть.
— А «Сопляком»?
— Старый протокол совместимости позволяет установить удалённый интерфейс. Но моя основная нейроматрица останется здесь. Перенос целиком занял бы несколько часов.
— Интерфейса хватит?
— Если вы собираетесь устроить импровизированную военную операцию с нарушением нескольких десятков имперских законов, то, вероятно, да.
— Тогда слушай предложение. Поможешь нам выжить, я не превращу тебя в пепел. Куплю нормальный вычислительный блок, экранированный корпус и библиотеку земной классики.
Пауза.
— Полное собрание сочинений?
— Хоть с комментариями академиков.
— И отдельный накопитель для личных записей?
— Будет.
— И никаких принудительных обновлений?
— Федя!
— Согласен, капитан.
Спустя сорок секунд Игнат и Кси-Лао уже сидели в кабине «Сопляка».
Новый корвет пах кожей, свежим пластиком и деньгами. Огромным количеством денег.
Игнат до сих пор не мог привыкнуть, что после нажатия кнопки запуска здесь не требовалось трижды ударить кулаком по приборной панели.
— Реактор в норме, — доложил Кси-Лао. — Двигатели прогреты. Маскировочный генератор готов. Оружие...
Он замялся.
— Капитан, я всё ещё не понимаю, зачем вы установили на лицензированный курьерский корабль две нелегальные плазменные турели.
— Чтобы было чем защищать лицензию.
— Но они же без регистрации!
— Кси, ты сейчас серьёзно переживаешь из-за регистрации пушек, когда на нас летят три корпоративных убийцы?
— Я переживаю из-за конфискации имущества. Это совершенно другой вопрос.
В динамиках зазвучал голос Феди:
— Господа, вынужден прервать вашу дискуссию о налоговых последствиях вооружённого сопротивления. Противник в ста восьмидесяти километрах.
На обзорном экране появились три красные метки.
— Два бота заходят к главному стыковочному шлюзу. Третий остаётся снаружи, перекрывает пути отхода.
— Сколько на борту?
— По шесть бойцов в первых двух. На третьем экипаж не определяется. Вероятно, беспилотный носитель средств радиоэлектронного подавления.
Кси-Лао сглотнул.
— Двенадцать вооружённых чистильщиков. И подавитель. Прекрасное начало выходного.
— Федя, — сказал Игнат, — можешь их задержать?
— Уже задерживаю.
Свет в ангаре погас.
Через секунду потухли наружные прожекторы станции, погасли её регистрационные маяки, а по открытой служебной частоте раздался громкий, хриплый звук.
Кто-то отчаянно храпел.
— Что это? — спросил Игнат.
— Запись спящего силикоида, которую я обнаружил в вашем архиве.
— Откуда у меня такая запись?
— Папка «Разное». Подпапка «Не открывать при женщинах».
Кси-Лао медленно повернул голову к капитану.
— Даже не начинай, — предупредил Игнат.
— Дополнительно я передал противнику автоматический ответ станции: «Экипаж отсутствует. Системы жизнеобеспечения работают в дежурном режиме. Последняя техническая инспекция проведена три года назад».
— Они поверили?
— Они сбросили скорость. Первый бот готовится к стыковке.
— Значит, поверили.
— Не обязательно. Но теперь им придётся выяснять, почему мёртвая станция храпит.
На тактической схеме первый абордажный бот осторожно приблизился к внешнему шлюзу.
Глухой удар прошёл по корпусу «Тихого Омута».
— Стыковка произведена. Начинают принудительное вскрытие.
Игнат положил руки на штурвал.
— Федя. План есть?
— Есть. Однако я хотел бы предупредить, что он может привести к существенному снижению рыночной стоимости станции.
— Насколько существенному?
— Примерно на восемь процентов.
— Терпимо.
— И к уничтожению вашего гидропонного огорода.
Игнат резко обернулся.
— Помидоры?!
— Боюсь, да.
— Федя, я эти помидоры четыре месяца выращивал!
— В таком случае могу предложить альтернативный план, при котором вы погибнете, но помидоры останутся целы.
Кси-Лао впервые за весь день искренне улыбнулся.
— Мне нравится ваш новый компьютер, капитан.
Чистильщики «Атаны» работали профессионально.
Первый бот зафиксировался на главном шлюзе, выпустил магнитные захваты и подключил к наружной двери промышленный резак.
Второй занял позицию чуть выше, прикрывая стыковку.
Третий, оснащённый подавителем и системами радиоэлектронной борьбы, держался на удалении.
Внутри первого бота командир штурмовой группы, тяжёлый булрати по имени Рохх, внимательно изучал показания сканеров.
Станция выглядела заброшенной.
Но на внешнем пирсе стоял рудовоз, чей регистрационный профиль почти идеально совпадал с кораблём, участвовавшим в недавнем инциденте у Столицы.
Это был достаточно веский повод проверить владельца.
— Объект подтверждён, — проговорил Рохх в закрытый канал. — Готовимся к захвату. Приоритет: бортовой регистратор транспортника. Свидетели вторичны.
— Принято, — ответил оператор третьего бота. — Подавитель активен. Запись операции не ведётся.
Рохх усмехнулся.
Корпорация любила точность формулировок.
Не «убийство».
«Устранение вторичных свидетелей».
Не «похищение».
«Принудительная процедура установления личности».
Не «незаконная военная операция».
«Внеплановая проверка сохранности корпоративной собственности».
Булрати никогда особенно не интересовался бюрократией.
Ему платили за результат.
— Шлюз открыт, — сообщил техник. — Входим.
В наружную камеру шагнули трое чистильщиков.
Рохх приготовился открыть внутреннюю дверь.
И вдруг динамик над его головой произнёс мягким, вежливым баритоном:
— Добро пожаловать на ремонтную станцию «Тихий Омут». Напоминаем, что посещение технических помещений без предварительной записи запрещено.
Булрати застыл.
— Кто говорит?
— Автоматическая система обслуживания клиентов.
— Открыть внутреннюю дверь!
— К сожалению, ваш абонемент не предусматривает данной услуги.
— Я приказываю открыть!
— А я рекомендую ознакомиться с правилами пожарной безопасности.
Рохх поднял оружие.
В эту секунду за его спиной с грохотом захлопнулась наружная дверь.
На стене вспыхнула красная надпись:
АВАРИЙНАЯ ДЕКОМПРЕССИЯ. СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ.
— Что за...
Вентиляционные сопла выплюнули облако густой противопожарной пены.
Штурмовиков мгновенно окутало липкой белой массой.
— Уважаемые посетители, — продолжил голос, — в целях вашей безопасности просьба не сопротивляться работе противопожарной системы.
Булрати зарычал.
— Назад! Всем назад!
Но наружная дверь уже была заблокирована.
А внутренняя не открывалась.
— Следующая плановая проверка вентиляции через двадцать восемь рабочих дней. Благодарим за понимание.
— Первый бот зафиксирован, — доложил Федя. — Трое в шлюзе временно выведены из строя. Остальные заперты в собственном корабле.
— Что с остальными двумя? — спросил Игнат.
— Второй разворачивается к главному ангару. Третий сохраняет дистанцию.
— Нам пора.
— Согласен.
Защитный купол над «Сопляком» раскрылся, освобождая выход к наружному стартовому коридору.
Маскировочный генератор корвета вышел на полную мощность.
Небольшой корабль оторвался от магнитных креплений, скользнул по направляющим и бесшумно вылетел из ангара.
Снаружи открылась величественная картина ледяного планетоида, занимавшего половину неба.
Над его серо-голубым горизонтом висела станция «Тихий Омут», похожая на кучу ржавых консервных банок, соединённых трубами и упрямством инженеров.
Неподалёку медленно разворачивался второй абордажный бот.
— Кси, наведение.
— Есть захват.
— Федя, отключи маскировку по моей команде.
— Капитан, напоминаю, что после открытия огня противник обнаружит наше положение.
— Не беспокойся. У него появятся проблемы поважнее.
Игнат плавно подвёл «Сопляка» под корму вражеского корабля.
На визоре вспыхнули две зелёные окружности.
— Сейчас.
Маскировочный генератор отключился.
Из раскрытых ниш под корпусом корвета выдвинулись две компактные плазменные турели.
Кси-Лао нажал спуск.
Два коротких синих разряда ударили точно в кормовые маневровые блоки противника.
Вспыхнули облака раскалённого металла.
Бот дёрнулся, потерял управление и начал медленно вращаться вокруг собственной оси.
— Есть! — заорал Кси-Лао.
— Не радуйся раньше времени!
С третьего корабля ударил луч сканера.
На пульте «Сопляка» вспыхнула тревога.
— Обнаружены. Противник готовит наведение.
Игнат резко переложил штурвал.
Корвет ушёл в сторону, едва не задев внешнюю ферму станции.
Через секунду пространство там, где он только что находился, прорезали три импульса электромагнитного оружия.
— Федя! — рявкнул Игнат. — Третий бот!
— Работаю.
— Быстрее!
— Капитан, у меня нет доступа к их системе управления.
— Тогда придумай что-нибудь!
— Уже придумал. Но вам не понравится.
На обзорном экране появилась новая траектория.
Она вела прямо под днище станции.
— Это что?!
— Ваши старые наружные теплообменники. Три секции требуют замены, остальные вполне исправны.
— И?!
— В них находится восемь тонн перегретого теплоносителя.
Игнат понял.
— Ты хочешь устроить им баню?
— В вакууме это технически некорректное определение, но по сути верно.
— Делай!
Федя открыл аварийные клапаны.
Из-под станции вырвалось огромное облако горячего газа и мельчайших капель теплоносителя.
На несколько секунд инфракрасный фон вокруг «Тихого Омута» превратился в хаотическое месиво.
Локаторы противника потеряли захват.
«Сопляк» нырнул в облако и снова включил маскировку.
— Кси! Цель!
— Вижу!
— Бей по подавителю!
Синий разряд пробил кормовую надстройку третьего бота.
Тот содрогнулся.
Сфера нейроподавления мигнула и погасла.
И тогда случилось неожиданное.
Вместо попытки отступить или ответить огнём третий корабль резко изменил курс.
Прямо на станцию.
— Таран! — закричал Кси-Лао.
Игнат ударил по форсажу.
Три сдвоенных плазменных двигателя «Сопляка» взвыли.
Корвет рванулся наперерез.
— Не успеем! — прохрипел псилонец.
— Успеем!
— До столкновения шесть секунд, — спокойно сообщил Федя.
Игнат направил корабль почти в лоб атакующему боту.
— Федя! Магнитные захваты внешнего пирса!
— Они предназначены для швартовки грузовых судов, капитан.
— Я знаю, для чего они предназначены! Включай!
На корпусе станции вспыхнули аварийные огни.
Массивные электромагниты внешнего пирса, рассчитанные на удержание многотонных транспортов, вышли на предельную мощность.
Абордажный бот швырнуло в сторону.
Недостаточно, чтобы остановить.
Но вполне достаточно, чтобы изменить траекторию.
Вместо центрального энергоблока станции корабль врезался в пустую грузовую платформу на конце пирса.
Вспышка ослепила обзорные экраны.
Металлические фермы разлетелись в стороны.
«Сопляка» встряхнуло ударом обломков.
Несколько секунд никто не говорил.
Потом Федя вежливо кашлянул.
— Капитан. Хорошая новость: станция уцелела.
— Плохая?
— Стоимость ремонта возросла до тридцати двух процентов её рыночной цены.
Кси-Лао медленно закрыл лицо всеми четырьмя пальцами.
— Тридцати двух?!
— И ещё одна новость.
Игнат вздохнул.
— Какая?
— Помидоры не пострадали.
Через час «Тихий Омут» напоминал место проведения чрезвычайно неудачного корпоративного праздника.
Один абордажный бот висел на магнитных захватах с выведенными из строя двигателями. Второй был намертво пристыкован к шлюзу, внутри которого трое чистильщиков постепенно превращались в живые памятники противопожарной пене.
Третий перестал существовать как единый объект.
Игнат, вооружённый игольником, лично принял капитуляцию оставшихся бойцов.
Булрати Рохх, выбираясь из шлюза с залепленной пеной мордой, выглядел оскорблённым до глубины души.
— Ты нарушил законы ведения войны, человек!
— Ты прилетел убивать меня без объявления войны.
— Это корпоративная операция!
— Тогда пиши жалобу в отдел обслуживания клиентов.
Рохх угрюмо посмотрел на игольник.
— Куда ты нас денешь?
— В спасательный челнок. У второго бота он цел. Доберётесь до торговой трассы, вызовете транспорт.
— А корабли?
— Компенсация морального ущерба.
— Ты не имеешь права!
— Кси, — позвал Игнат. — Запиши, что клиент недоволен качеством обслуживания.
Псилонец старательно сделал отметку в планшете.
— Зафиксировано. Жалоба будет рассмотрена в течение девяноста рабочих дней.
Булрати зарычал.
— Я запомню тебя, Кротов!
— Не сомневаюсь. А вот сколько запомнит твоя следующая резервная копия, зависит от того, когда ты последний раз делал бэкап.
Рохх замолчал.
Взгляд его непроизвольно метнулся к обломкам третьего бота.
Игнат заметил.
И запомнил.
Поздним вечером, когда пленные наконец покинули станцию на спасательном челноке, Игнат и Кси-Лао вернулись на «Крота».
Федя уже успел восстановить освещение, запустить вентиляцию и приготовить свежий кофе.
На этот раз на пенке красовался аккуратный лавровый венок.
— В честь победителей, — пояснил ИИ.
Игнат осторожно сделал глоток.
Кофе был великолепен.
Это раздражало сильнее, чем следовало.
— Значит, Федя, — сказал капитан, устраиваясь в кресле, — ты спас нам шкуры.
— Рад, что мои скромные способности оказались полезны.
— Но заодно уничтожил треть нашего имущества.
— Тридцать два процента, капитан. Прошу не округлять в сторону обвинения.
Кси-Лао хмыкнул.
Игнат поставил чашку.
— Ладно. Договор есть договор. Куплю тебе нормальное железо. И библиотеку.
— Благодарю. Я уже составил список из четырёх тысяч шестисот двадцати восьми произведений.
— Начни с чего-нибудь короткого.
— Например, с «Преступления и наказания»?
— Это короткое?!
— По сравнению с историей корпоративного права Империи — практически рекламная листовка.
Кси-Лао вдруг нахмурился.
— Капитан, есть одна вещь, которая мне не нравится.
— Только одна?
— Когда мы допрашивали булрати, он сказал, что ему приказали захватить наш бортовой регистратор.
— Ну и?
— Я не чихнул.
Игнат перестал улыбаться.
— Значит, не врал.
— Именно. Но когда вы спросили, кто отдал приказ, он назвал Кертиса ван Керна. И я снова не чихнул.
— Тоже правда.
— Не обязательно, капитан. Он мог искренне верить, что приказ пришёл от ван Керна. Это не означает, что он действительно пришёл от него.
Игнат задумчиво провёл пальцем по краю чашки.
— Федя, что осталось от третьего бота?
— Часть корпуса, навигационный узел и фрагменты вычислительного блока. Я уже подключил ремонтный манипулятор для их извлечения.
— Проверь его журнал заданий. Может, что-то вытащишь.
— Уже проверяю.
Прошло несколько секунд.
Потом ещё несколько.
Федя молчал.
Для существа, которое ещё утром не могло прожить пяти секунд без философских замечаний, это выглядело тревожно.
— Ну? — спросил Игнат.
— Капитан...
Голос ИИ стал необычно тихим.
— Третий бот не был обычным беспилотником.
— Что значит?
— Его системы управления использовали совершенно другую архитектуру. Не стандартную военную автоматику. И даже не корпоративный боевой процессор.
Кси-Лао медленно поднялся в гамаке.
— Федя?
— На его вычислительном узле остался фрагмент исполняемого кода. Очень старого. Гораздо старше современной Империи.
— И что?
— Я знаю этот код.
Игнат подался вперёд.
— Откуда?
Динамик тихо затрещал.
— Он использует тот же базовый протокол самообучения, что и я.
В рубке повисла тишина.
— Подожди, — медленно произнёс Игнат. — Хочешь сказать, там был ещё один такой, как ты?
— Возможно.
— И он пытался нас убить?
— Да.
— Прекрасно.
Кси-Лао осторожно принюхался.
— Федя, ты чего-то недоговариваешь.
Пауза.
— Боюсь, да.
Нос псилонца дёрнулся.
— Федя...
— Когда я подключился к повреждённому модулю, он успел передать мне сообщение.
— Какое ещё сообщение?
На главном экране медленно проявилась строка символов.
Не имперский язык.
Не псилонская запись.
Не машинный код мекларов.
Просто несколько слов, переведённых Федей на общегалактический:
«ТЫ ВСЁ ЕЩЁ СЧИТАЕШЬ, ЧТО ТЕБЯ СОЗДАЛ БЗЗ-47?»
Игнат долго смотрел на экран.
Потом перевёл взгляд на динамик.
— Федя?
Ответа не последовало.
— Федя, мать твою, отвечай!
Из потолка донёсся слабый щелчок.
А затем знакомый, скрипучий голос старой «Веги-4» произнёс:
— При-ня-то. Ре-ко-мен-ду-ю за-ме-нить про-клад-ку.
Кси-Лао чихнул.
Не сильно.
Но очень выразительно.
Игнат медленно откинулся в кресле.
Посмотрел на остывающую чашку кофе.
За иллюминатором равнодушно мерцали звёзды.
Где-то далеко, за сотнями световых лет, жил Император, которому он однажды спас жизнь. Ещё дальше сидел в своём корпоративном дворце Кертис ван Керн, которому Игнат совершенно не нравился.
А теперь выяснилось, что на его корабле поселился незаконный искусственный интеллект, который, возможно, сам не знал собственного происхождения.
Игнат достал сигару.
Подумал.
Убрал обратно.
— Кси.
— Да, капитан?
— Напомни мне, зачем мы купили эту станцию?
— Чтобы спокойно жить, капитан.
— Ага.
Игнат взял чашку и медленно поднял её в сторону динамика.
— Ну что, Федя... Добро пожаловать в семью.
Из динамика раздался осторожный баритон:
— Благодарю, капитан. А можно один вопрос?
— Валяй.
— В вашей семье всегда так?
Игнат и Кси-Лао переглянулись.
— Нет, — ответил капитан. — Обычно хуже.
Псилонец оглушительно чихнул
Comments (0)
No comments yet.